Сельская жизньСайт общественно-политической газеты Отрадненского района Краснодарского края

Газета издается с 10 сентября 1930 г.
 
Новости

Память в каменных джунглях

Дата публикации: 22.03.2016

Взволнованный голос нашей читательницы Людмилы, позвонившей в редакцию, обратил наше внимание на тему, о которой не принято говорить громко. Мы и не говорим! Чаще стыдливо умалчиваем, хотя об этом думаем.

Иногда только пожурим поселенческую власть за непорядок на кладбище или призовем граждан навести чистоту. Людмила говорила не об этом. Она сетовала на то, что в последние годы большие, «богатые» памятники усопшим родным на отрадненском погосте, как небоскребы города на домишки пригородных селений, наступают на небольшие скромные места захоронения наших предков, тех, кто основал станицу, строил и защищал нас, наших прародителей, оставивших нам в наследство и эту станицу, ее улицы, дома, да что там говорить – саму жизнь!

И вот теперь живущие ныне их сестры, жены, мужья, дети, люди уже далеко не молодые, с трудом протискиваются к скромным могилам своих близких между памятниками из мрамора выше человеческого роста, заборами из цепей, навесами из пластика и бетона, вымощенными мраморной плиткой площадками, «захватившими» земли гораздо большие, чем нужно для захоронения усопшего.

Наше станичное кладбище все больше становится похоже на джунгли из современных строительных материалов, в которые заточили самое сокровенное, что нужно ушедшему в мир иной человеку, – память о нем! Так и хочется спросить у лежащих под этими каменными глыбами: «Вам не тяжело, милые?»

В наследство своим детям мы оставляем огромные пантеоны, уход за которыми требует и денег, и времени, и сил, и постоянного присутствия! Кто-то поспорит со мной, мол, есть средства, большая семья – нам и решать, как поступать и какие атрибуты устанавливать на могиле усопших. Так-то это так. Даже спорить не стану. Только вот стали мы забывать, что погост – самое что ни на есть общественное место. И выбрать себе другое никто из нас не может. А значит, не должны мы делать так, чтобы для одних это был просторный дворец, а для других – хатка, которую придавили фундаментом «дворца», к которой и пройти-то невозможно из-за «богатых» соседей. Старые люди мудро говорят: на погосте мы все равны. Зачем же так выделяться?

Я не очень верю в то, что человек при жизни выбирает для себя величественный пантеон на своей могиле. Да никто его об этом и не спрашивает. Значит, после его смерти выбор делают живые! Вот тут-то и возникает вопрос: мертвым ли это нужно? Или это тщеславие живых? И так ли важно ушедшему в мир иной человеку, под какой плитой ему лежать и из какого мрамора плитка на могиле, какой высоты его памятник и есть ли на нем писаные картины? Лично я думаю, что ему важнее, чтобы его не забывали, помнили, любили, а в дни наших православных праздников принесли букет живых цветов, присели на скамеечку, тихонько посидели, может быть, поплакали, вспомнили близкого человека, погрустили и с любовью в сердце продолжали жить. А память, она должна быть в сердце, ей вовсе не нужны каменные благоустроенные джунгли.

Мне приходилось бывать на огромных кладбищах в больших городах, культурных центрах и небольших городках, например, в Европе. Поражает культура организации мест захоронения и единая продуманная архитектура. Здесь все настраивает на внутренние эмоции, воспоминания, переживания. А внешние, зрелищные факторы и раздражители, привлекающие особое внимание, – это даже не на третьем месте. Может быть, о культуре, архитектурных нормах пора подумать и нам? А вы, как думаете, земляки?
Людмила Рокотянская, главный редактор
Номер: 33 (7737)
Рубрика: Общество
 
Опубликовано в Одноклассниках
Опубликовано в В Контакте
 
Новости

Память в каменных джунглях

Дата публикации: 22.03.2016

Взволнованный голос нашей читательницы Людмилы, позвонившей в редакцию, обратил наше внимание на тему, о которой не принято говорить громко. Мы и не говорим! Чаще стыдливо умалчиваем, хотя об этом думаем.

Иногда только пожурим поселенческую власть за непорядок на кладбище или призовем граждан навести чистоту. Людмила говорила не об этом. Она сетовала на то, что в последние годы большие, «богатые» памятники усопшим родным на отрадненском погосте, как небоскребы города на домишки пригородных селений, наступают на небольшие скромные места захоронения наших предков, тех, кто основал станицу, строил и защищал нас, наших прародителей, оставивших нам в наследство и эту станицу, ее улицы, дома, да что там говорить – саму жизнь!

И вот теперь живущие ныне их сестры, жены, мужья, дети, люди уже далеко не молодые, с трудом протискиваются к скромным могилам своих близких между памятниками из мрамора выше человеческого роста, заборами из цепей, навесами из пластика и бетона, вымощенными мраморной плиткой площадками, «захватившими» земли гораздо большие, чем нужно для захоронения усопшего.

Наше станичное кладбище все больше становится похоже на джунгли из современных строительных материалов, в которые заточили самое сокровенное, что нужно ушедшему в мир иной человеку, – память о нем! Так и хочется спросить у лежащих под этими каменными глыбами: «Вам не тяжело, милые?»

В наследство своим детям мы оставляем огромные пантеоны, уход за которыми требует и денег, и времени, и сил, и постоянного присутствия! Кто-то поспорит со мной, мол, есть средства, большая семья – нам и решать, как поступать и какие атрибуты устанавливать на могиле усопших. Так-то это так. Даже спорить не стану. Только вот стали мы забывать, что погост – самое что ни на есть общественное место. И выбрать себе другое никто из нас не может. А значит, не должны мы делать так, чтобы для одних это был просторный дворец, а для других – хатка, которую придавили фундаментом «дворца», к которой и пройти-то невозможно из-за «богатых» соседей. Старые люди мудро говорят: на погосте мы все равны. Зачем же так выделяться?

Я не очень верю в то, что человек при жизни выбирает для себя величественный пантеон на своей могиле. Да никто его об этом и не спрашивает. Значит, после его смерти выбор делают живые! Вот тут-то и возникает вопрос: мертвым ли это нужно? Или это тщеславие живых? И так ли важно ушедшему в мир иной человеку, под какой плитой ему лежать и из какого мрамора плитка на могиле, какой высоты его памятник и есть ли на нем писаные картины? Лично я думаю, что ему важнее, чтобы его не забывали, помнили, любили, а в дни наших православных праздников принесли букет живых цветов, присели на скамеечку, тихонько посидели, может быть, поплакали, вспомнили близкого человека, погрустили и с любовью в сердце продолжали жить. А память, она должна быть в сердце, ей вовсе не нужны каменные благоустроенные джунгли.

Мне приходилось бывать на огромных кладбищах в больших городах, культурных центрах и небольших городках, например, в Европе. Поражает культура организации мест захоронения и единая продуманная архитектура. Здесь все настраивает на внутренние эмоции, воспоминания, переживания. А внешние, зрелищные факторы и раздражители, привлекающие особое внимание, – это даже не на третьем месте. Может быть, о культуре, архитектурных нормах пора подумать и нам? А вы, как думаете, земляки?
Людмила Рокотянская, главный редактор
Номер: 33 (7737)
Рубрика: Общество
 
Опубликовано в Одноклассниках
Опубликовано в В Контакте